Старение — это не одна поломка, а целый набор изменений, которые постепенно накапливаются в клетках, тканях и органах с возрастом, при этом способствуют этому процессу воспаление, окислительный стресс, гормональные сдвиги и способность клеток к восстановлению. Обратимость процесса старения зависит от ряда факторов, одним из которых являются теломеры.
С точки зрения биологии старение — это постепенное снижение способности организма поддерживать равновесие и ремонтировать повреждения. Со временем в клетках накапливаются повреждения ДНК, усиливается хроническое слабовыраженное воспаление, хуже работают «энергетические станции» клетки – митохондрии, меняются обмен веществ и межклеточная связь. Это не означает, что организм «ломается сразу весь». Старение развивается неравномерно: одни системы страдают быстрее, другие дольше сохраняют резерв, поэтому у двух людей одного календарного возраста состояние здоровья может заметно отличаться.
Теломеры — это защитные участки на концах хромосом, своего рода «наконечники», которые помогают генетическому материалу не повреждаться и не склеиваться друг с другом. Теломеры играют важную роль в процессе инволюции организма, но они не являются единственной «кнопкой старения»: современная наука рассматривает их как часть большой системы. Их часто сравнивают с пластиковыми кончиками шнурков: пока кончик цел, шнурок не распускается; пока теломеры выполняют свою функцию, клетке легче сохранять стабильность своей ДНК. Каждая клетка человеческого организма содержит 92 теломеры.
Когда клетка делится, теломеры обычно становятся короче, потому что концы ДНК копируются не полностью. Когда укорочение или повреждение достигает критического уровня, клетка может перестать делиться или перейти в состояние клеточного старения. Это объясняет причину существования лимита Хейфлика: 52 деления для большинства человеческих клеток.
Алексей Оловников сформулировал научную гипотезу о неполном копировании концевых участков хромосом (в современном понимании - теломер) при делении клеток еще в 1971 году и был удостоен Демидовской премии в 2009 году. В 1984 году американские ученые Элизабет Блэкберн и Кэрол Грейдер открыли фермент теломеразу, объяснив, каким образом клетка защищает концевые участки ДНК при делении и предотвращает их деградацию. В то же время Элизабет Блэкберн выделила и охарактеризовала структуру теломер, а Джек Шостак создал модель для внедрения этих структур, вместе они стабилизировали молекулу ДНК за счет присоединения к ней теломер.
В 2011 году американские ученые получили Нобелевскую премию по медицине за открытие того, как хромосомы защищаются теломерами и ферментом теломеразой.
При дальнейшем изучении теломер стало ясно, что это не только «часы возраста». Их состояние отражает совокупное влияние внутренних (наследственности) и внешних (УФ, окислительный стресс, воспаление и др.) факторов, воздействующих на организм. Важным параметром оказалось количество наиболее коротких теломер, их поврежденность, а также способность клетки поддерживать их структуру.
Следующим этапом развития знаний о теломерно-теломеразной системе стал поиск веществ, способных оказывать активизирующее действие на теломеразу, потому как эксперименты на клеточных линиях и животных моделях показали, что возможно не только замедлять укорочение теломер, но и восстанавливать их длину. Среди множества изучаемых молекул выделили циклоастрагенол (высокоочищенную фракцию экстракта корня астрагала)– безопасное и эффективное для человека соединение. Данные молекулы позволяют более длительно поддерживать полноценное функциональное состояние клеток. Сегодня они успешно применяются в медицине долголетия.
Преждевременное старение — это ситуация, когда признаки возрастных изменений появляются раньше, чем ожидается для данного возраста. На этот процесс влияют наследственность, хронический стресс, курение, ожирение, недостаток сна, малоподвижный образ жизни, хроническое воспаление и окислительный стресс, при котором в клетках образуется избыток агрессивных молекул, повреждающих белки, липиды и ДНК.
Наиболее негативно на состояние теломер влияют воспаление и окислительный стресс: из-за особенностей своей структуры они уязвимы к повреждению, поэтому внешние неблагоприятные условия могут ускорять их укорочение или нарушать их функцию даже без выраженного уменьшения длины. Это одна из причин, почему преждевременное старение нельзя объяснить только возрастом по паспорту.
Кожа — один из самых заметных органов, на котором всегда видны возрастные изменения, потому что она постоянно сталкивается с внешней средой. При преждевременном старении кожа может становиться более сухой, тусклой и тонкой, хуже удерживать влагу, медленнее восстанавливаться после повреждений, легче раздражаться и терять упругость. На клеточном уровне это связано со снижением способности клеток делиться, ввиду накоплением стареющих клеток, а также – с нарушением восполнения коллагена и эластина на фоне хронического воспаления. Отдельно стоит отметить важность роли ультрафиолета в развитии раннего старения: УФ-излучение усиливает окислительный стресс и повреждение ДНК, а также может негативно влиять на теломеры, тем самым ускоряя старение кожи.
Биологический возраст — это попытка оценить, насколько «изношен» организм на самом деле, в отличие от того, сколько лет прошло с даты рождения формально.
Условно говоря, паспортный возраст отвечает на вопрос «сколько вам лет», а биологический — «в каком состоянии сейчас ваши ткани и системы».
Для такой оценки используют разные маркеры: физическую форму, обмен веществ, состояние сосудов, уровень воспаления, эпигенетические часы и некоторые клеточные показатели, включая параметры, связанные с теломерами.
Клеточное старение, или сенесценция, — это состояние, при котором клетка перестаёт нормально делиться, но не погибает сразу. Такие сенесцентные клетки меняют форму, замедляют обмен веществ и начинают выделять сигнальные молекулы, поддерживающие воспаление вокруг себя. С одной стороны, это защитный механизм: он помогает не допустить размножения клеток с опасными повреждениями ДНК. С другой стороны, если стареющих клеток становится слишком много и организм плохо их удаляет, они начинают мешать нормальной работе тканей и могут ускорять системные возрастные изменения.
Связь теломер со старением достаточно убедительна, но она не сводится к простой формуле «короче теломеры — быстрее старение». Если теломеры становятся слишком короткими или повреждёнными, клетка воспринимает это как сигнал тревоги, активирует ответ на повреждение ДНК и может перейти в состояние сенесценции.
При этом современные данные показывают, что теломеры могут работать неправильно не только из-за укорочения, но и из-за стойкого повреждения, вызванного, например, окислительным стрессом, воспалением или облучением. Это особенно важно для тканей, где клетки делятся не очень активно: там вклад в старение могут вносить не столько короткие теломеры, сколько их хроническое повреждение.
Поэтому сегодня теломеры рассматривают как один из важных биологических маркеров старения и одновременно как часть механизма, который связывает стресс, воспаление, болезни и снижение способности тканей к обновлению. Практический вывод для пациента простой: здоровье теломер нужно поддерживать, и сегодня превентивная медицина предлагает ряд таких возможностей, направленных на замедление укорочения теломер и, соответственно, старения. Одной из подобных возможностей является молекула циклоастрагенол.